Экзамен на готовность

1940 год стал настоящим экзаменом на прочность для коллектива производственников и строителей Архбумкомбината, которому было присвоено имя Климента Ворошилова. По предложению начальника строительства Ш.Л. Теплицкого был принят выверенный тактический план: вместо хаотичного распыления ресурсов цеха вводились в строй строго последовательно. Мобильные бригады строителей, монтажников и наладчиков работали как единый живой механизм: завершив один объект, они по технологической цепочке перебрасывались на следующий. К 20‑м числам августа этот метод принёс свои плоды: мощности комбината были готовы к пробной варке целлюлозы.

Однако за этим фасадом достижений скрывались неизбежные для ударных строек суровые компромиссы. Фундаментальный цех обжига извести не успели сдать в срок, поэтому в авральном порядке пришлось монтировать временную напольную печь. Не были пущены в эксплуатацию запланированные в изначальном проекте отбельный и отжимной цеха.

В атмосфере всеобщего аврала руководители смен и инженеры почти не покидали производство, сутками находясь у настраиваемого оборудования. Пробная варка становилась не просто техническим испытанием машин, а проверкой на крепость человеческого духа и организаторской воли.

В то время как на производственных площадках кипела работа, в кабинетах начальника строительства Ш. Л. Теплицкого и директора комбината Д. М. Абабкова не прекращалась напряжённая штабная деятельность. Именно здесь проходили бурные заседания партийно-хозяйственного актива: за закрытыми дверями руководители сверяли последние детали пускового графика, распределяли дефицитные ресурсы и жёстко контролировали выполнение планов перед лицом государственной приёмки.

Первая целлюлоза

Кульминацией многомесячного марафона стала пробная варка целлюлозы, проведённая 27 и 28 августа. Именно эти даты назвали сами участники событий, что со временем прочно вошло в историческую традицию и закрепилось как официальный день рождения Архангельского ЦБК.

Сама первая варка стала суровым испытанием для людей и машин, продлившись, по разным свидетельствам, от 22 до 25 часов непрерывной работы. Это была настоящая битва за то, чтобы замкнуть сложнейший химический цикл сульфитного производства. Загрузка щепой огромных бункеров варочного котла велась вручную: за время транспортировки и хранения древесное сырьё слежалось в плотные комья, которые пришлось буквально проталкивать внутрь баграми. Когда тяжёлая работа по загрузке была завершена и в котёл подали кислоту, пробный процесс пошёл.

И хотя тогда никто не произносил громких слов у котлов, именно этот многочасовой труд без сна и отдыха заложил фундамент будущего славного предприятия. Лишь спустя годы, когда комбинат уже твёрдо стоял на ногах, дата 27–28 августа будет официально определена как точка отсчёта его биографии. В пусковой момент для сотен специалистов, руководителей комбината и представителей монтажных организаций это было лишь очередным важным шагом — сложным технологическим этапом на пути к комплексному пуску всего предприятия.

Сутки напролёт люди непрерывно контролировали давление и температуру при варке, а затем приступили к операции выдувания готовой массы. Никто из находившихся в цехе — ни инженеры, ни рабочие — до полного окончания технологического цикла не покинул свой пост.

Так получилась первичная масса, не прошедшая стадию отбелки и годившаяся лишь для изготовления грубой обёрточной бумаги. Но это была подлинная, выстраданная продукция Архбумкомбината.

Первопроходцы и их судьбы

Удивительный парадокс той эпохи ярко иллюстрируют скупые строки истории: партийные собрания, прошедшие на комбинате 27, 28 и 30 августа 1940 года, не оставили об этом знаковом событии ни единого упоминания. Протоколы тех заседаний, которые сегодня бережно хранятся в архиве газеты «Бумажник», полностью поглощены рутиной пусконаладочного периода. Участники совещаний горячо обсуждали работу пожарной команды, строгость трудовой дисциплины, ассортимент питания в рабочих столовых и способы повышения производительности труда. Ни торжественных митингов, ни поздравительных речей — выдающееся инженерное достижение тонуло в череде повседневных производственных задач.

Летопись комбината сохранила для истории имена тех, кто работал на первой варке. В числе участников исторического события были старшие варщики Василий Петрович Тепляков и Александр Павлович Сарафанов, а также нижний — младший — варщик Яков Яковлевич Вишняков. Профессия варщика всегда оставалась одной из ведущих на предприятии: от его глубоких знаний технологического процесса, острого чувства материала и даже профессиональной интуиции напрямую зависят качество волокна и объёмы выработки целлюлозного полуфабриката.

По-разному сложились судьбы первопроходцев в суровые годы, последовавшие за пуском комбината. Спустя всего полтора года после того августовского дня старший варщик Александр Павлович Сарафанов погибнет на фронте Великой Отечественной войны. Совсем другой путь ждал Якова Яковлевича Вишнякова: он станет большим профессионалом своего дела. За выдающиеся заслуги центральный комитет отраслевого профсоюза присвоит ему почётное звание «Лучший варщик целлюлозно-бумажной промышленности», а Родина отметит его труд высшей наградой страны — орденом Ленина.

Комбинат в строю

Тем временем комбинат с каждым осенним днём 1940 года уверенно приближался к своей главной цели — полноценному промышленному пуску. Пробная варка стала тем самым поворотным рубиконом, который перевёл предприятие из статуса долгостроя в категорию действующих предприятий. Успешный выход первого котла на рабочий ритм позволил начать поэтапную загрузку смежных цехов, завершая настройку единой технологической цепи Архбумкомбината накануне вступления страны в тяжелейшую войну.

Несмотря на успех августовской варки, устойчивого производственного ритма ещё не было: в гулких цехах продолжалась изнурительная борьба за пуск каждого узла. Строители устраняли последние недоделки, а инженеры, слесари, электрики часами колдовали над приборами, завершая тонкую наладку механизмов.

Одной из главных задач этого периода стал запуск сушильного цеха. 21 сентября ожил пресспат № 2. Для начальника цеха Е. П. Жукова, механика Белова, рабочих Василия Рыжова, Петра Примака и Аполлоса Работинского этот агрегат был первым в жизни, поэтому процесс его освоения шёл медленно, требуя от людей безошибочной интуиции там, где не хватало опыта.

Важное событие произошло и 10 октября. В этот день бумагоделательная машина № 1 выдала первый тамбур бумаги. Она была далека от совершенства — толстая, шершавая, серо-рыжего цвета, но её стартовые метры сразу же превратились в реликвию. Эту продукцию рассматривали с замиранием сердца, бережно расправляли грубыми рукавицами, боясь повредить хрупкое творение молодого предприятия, а кто‑то даже отрезал себе небольшой клочок на долгую память о великой и трудной эпохе.

У наката машины в тот исторический миг стояли руководители предприятия — директор Дмитрий Абабков и главный инженер Владимир Беляевский. Героями дня стали и те, чьи руки непосредственно управляли технологическим процессом: бригадир Василий Коновалов и молодые производственницы Александра Зобова, Ксения Мальцева и Надежда Малахеевская. Совсем недавно они вернулись со стажировки на Сясьском целлюлозно-бумажном комбинате, привезя с собой бесценные знания, чтобы вдохнуть жизнь в сердце агрегатов Архбумкомбината.

Теперь можно было смело смотреть в будущее, строя дерзкие планы по освоению технологических мощностей комбината. Предприятие перестало быть только стройплощадкой и приступило к выработке товарной продукции. За последний месяц 1940 года из‑под валов бумагоделательной машины вышли 144 тонны шершавой серой обёрточной бумаги. А варочный цех отчитался о выработке 255 тонн небелёной целлюлозы. Это были уже не лабораторные пробы, а готовая продукция нового комбината — будущего славного и красивого Архангельского ЦБК! Именно так начиналась его большая судьба.

К сведению

Участник первой варки Архбумкомбината Василий Петрович Тепляков в 1959 году ушёл на заслуженный отдых. Свою должность старшего варщика он передал по наследству молодому специалисту Владимиру Чуйко, для которого являлся производственным наставником.

Впоследствии Владимиру Алексеевичу будет суждено стать генеральным директором Архангельского ЦБК, заместителем министра лесной, целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности СССР, а затем президентом РАО «Бумпром». Прошлое, настоящее и будущее всегда рядом. Надо только присмотреться...

Павел ФАСОНОВ